December 5th, 2007

Mang

(no subject)

Несмотря на мое упорное эскапистское избегание политики она и меня настигла. Я всегда полагал, что лучше либо читать всех и самому разбираться во всем, либо не читать никого. Тем не менее, я поддался искушению и в нарушение своих убеждений почитал Белковского (по наводке Эндрю). Заранее зная, что опираться на мнение одного любого человека, недопустимо, я читал его публикации с максимальным недоверием, но читал. Но решил никаких выводов не делать. В результате это все навело меня на думы, к счастью, все-таки не политические. 

Интересно, если худшие прогнозы сбудутся, и страна начнет "сыпаться", единственным выходом сохранить "нормальную" (сиречь опеспеченную) жизнь себе станет сбежать. Проблема в том, что я не хочу бежать и не собираюсь бежать никуда, потому что эту страну я люблю. Смогу ли я остаться и пытаться устоять перед натиском неприятностей? Может быть это, конечно, во мне всего лишь проявляется склонность к причастности к тому "мы", которое мне нравится. И возможно, оно закончится вместе с тем, что разонравится, и будет опять "я". Не остался же я в ВСК, опять же, ушел из эгоистических соображений собственного развития, хотя мог бы наперекор всему работать там для создания того, что, как мне показалось, и нужно-то никому не было. Но это "мы" я сохранить не пожелал, и теперь это уже не МОЙ дом страховой. Будет ли также и со страной, или же я все-таки не считаю себя "наемным гражданином" и живу здесь, потому что осознаю себя ее частью, а не просто потому, что здесь удобно? Буду ли я готов терпеть лишения и отказываться от материального благополучия ради этого "мы", даже понимая, что в итоге кто-то на моих стараниях просто наживается? Окажется ли для меня сохранение участия в "мы", право говорить "моя страна", более важным, затмит ли оно те трудности, которые придется преодолевать, и унижения, которым подвергнется все население, начиная от обворовывания до лишения свобод и просто беспредела? Для того, чтобы все-таки сохранить к себе уважение, мне очень хочется сказать "Да". Да, я хочу любить свою страну, город, профессию, семью, я хочу иметь право называть их своими — таков мой путь уважения к себе, может быть, и не самый правильный по нынешним меркам.