dEmindED (deminded) wrote,
dEmindED
deminded

благородство

Недавно в связи с походом на одну приятную кабинетку пришлось мне задуматься на не совсем обычный вопрос: а что такое «благородство» в контексте современного восприятия? Раз уж задумался, решил записать, чтобы можно было возвращаться и переосмысливать.

Конечно, речь идет не о толковом словаре и даже не об этимологии, хотя и забыть о ней тоже нельзя. Скорее вопрос об субъективных ассоциациях, которые связаны у меня с этим понятием, и их проекции на современную жизнь.


Благородство как самостоятельное понятие в моей системе восприятия почти не представлено. Применение этого понятия связывается мной в основном с двумя взаимосвязанными, но не дублирующими друг друга концепциями: благородный человек и благородный поступок.

В целях упрощения попробую определить благородного человека как человека, совершающего благородные поступки. В этом случае обнажится еще один слой характеристик, который нельзя определить через поступки — это так называемое благородное происхождение. Понимая, что происхождение не определяет самих поступков, нельзя забывать, что исторически происхождение было связано с моделью поведения как минимум двумя факторами: социальными ожиданиями и системой воспитания. От человека благородного происхождения ожидалась благородная модель поведения (что, конечно, не отменяет того, что вести он мог себя подчас антиблагородно) и он получал воспитание и обучение, отличных от людей неблагородного происхождения. В моем понимании роль происхождения исчерпывается этими двумя факторами и может быть тождественно заменена на них в дальнейших рассуждениях.

Хотя исторически встретить упоминание благородного торговца или благородного нищего сложно, нельзя забывать, что называться благородным помимо рыцаря удостоился даже разбойник. Связь между этими профессиями, кстати, есть. Но что более важно, благородство поступков является, все-таки, категорией абсолютной, то есть совершенный поступок может быть благородным, даже если его совершает человек, не имеющий ни благородного воспитания, ни соответствующей социальной роли, ни вообще сколь-нибудь постоянный в благородстве своих поступков.

Итак, что же такое благородный поступок? Доброта и честность вряд ли прямо связаны с благородством, потому что сами по себе они являются обоюдоострым оружием, которое применяется в целях как благородных, так и не очень. Мои ассоциации с этим словом включают следующие основные понятия: великодушие, справедливость, честь, бескорыстность, храбрость. Но вот так взять и разобрать каждое понятие отдельно довольно тяжело, поэтому хочется сначала почувствовать, какие понятия противоположны благородству: подлость, мелочность, злопамятность, равнодушие, трусость, эгоизм.

Можно попробовать определить типовые паттерны благородных поступков:
- поступиться своими интересами в пользу слабого, более нуждающегося;
- защитить обижаемого, униженного, оскорбленного;
- простить ошибки, предоставить шанс исправиться, проявить веру в лучшие качества.

Если с помощью и с защитой все более-менее понятно, то наиболее спорным является третий паттерн. Прощение раскаявшегося преступника, проявление гуманизма, субъективный суд с принятием на себя ответственности за оценку дальнейшей судьбы человека – вот, на мой взгляд, основные признаки благородного помилования.
Обобщенные особенности благородных поступков включают следующие обязательные элементы:
1) Благородство — социальная характеристика действия. Благородный поступок всегда имеет, минимум, субъекта и объекта.
2) Благородный поступок подразумевает превосходство субъекта над объектом. Иначе говоря, чтобы защищать и помогать – нужна СИЛА, что делиться – ДОСТАТОК, чтобы прощать — ВЛАСТЬ. Не в абсолютном виде, а как минимум превосходящие в отношении объекта. Поэтому, например, у рыцарей и разбойников есть общее: они обладают силой и связанной с ней властью.
3) Благородство подразумевает примат высших моральных ценностей над собственными интересами; фактически, для признания поступка благородным обязательно наличие противоречия между ними, решенного в пользу первых. При этом моральное решение не может быть подменено рациональным расчетом и личным отношением; здесь тоже возможен конфликт, но возможно и согласованность. Примат морали все же обязателен: благородные поступки только «по расчету» или «из жалости» не существуют.
4) Благородство всегда активно. Хотя поступок может проявляться в действии или бездействии, он не может иметь пассивный характер: движущее начало поступка всегда должно быть внутри субъекта. Нельзя представить благородства без демонстрации высокой силы духа, смелости, произрастающей из собственной воли. Благородство под давлением обстоятельств не существует, мотив благородного поступка должен лежать внутри субъекта: в его принципах, ценностях, совести. Не обязательно, чтобы эти ценности были вплетены в устойчивую моральную конструкцию личности — множество благородных поступков совершаются под воздействием сиюминутных порывов, что их ничуть не умаляет.
5) Из интересных моментов можно заметить, что благородство не всегда персонально. Субъектом благородного поступка может выступать целый коллектив – от малой группы до целого государства.

Развитие общества сыграло с благородством довольно злую шутку. Все большая часть функций социально-правовой защиты передается государству и общественным институтам, в связи с чем все меньше функций помощи, защиты, суда остается в области субъективного, персонального. Конечно, в любой жизни найдутся поводы для проявления благородства, но постепенно отношение к благородным поступкам меняется, ответственность за «исправление несправедливости» все больше снимается с плеч граждан. Объективный суд, физическая и социальная защита в обществе более эффективны, чем личные моральные ценности отдельных членов.

Но можно предположить, что общество должно испытывать и эффект обратной связи. По мере передачи функций защиты слабых, помощи нуждающимся, суда над виновными государству, вместе с ними уходят и потребности в бескорыстности, великодушии, щедрости, смелости, ответственности. Соответственно, это должно вести к росту эгоизма, безответственности, трусости, пассивности.
Я думаю, высокие моральные качества были редки во все времена, и вряд ли с течением времени частота их проявления существенно меняется. К сожалению, структура общества все же неоднородна, в на разных стратах эффект от такой институтоализации чувствуется по-разному. Хотя формально общество становится все более «плоским», функции управления обществом все еще исполняются людьми на профессиональной основе. Однако если раньше функции управления были связаны с благородным происхождением, то теперь такая связь отсутствует.

Отделив благородство поступков от происхождения, я все же заметил, что система воспитания и социальные ожидания от людей благородного и неблагородного происхождения отличались. Фактически у аристократии, имевшей в своих руках силу, достаток и власть, стимулировалось «правильное» их применение. Возможно, само явление, понятие «благородство» возникло именно в качестве защитной реакции общества на классовое расслоение. Ведь не является благородство само по себе источником силы, богатства и власти, и за его появлением и оформлением как общесоциального явления должны стоять более важные факторы, способные перевесить личную рациональность отдельных индивидов.

В современном обществе усиливаются тенденции к противодействию практики отделения элит, что связано и с появление среднего класса, и с ускорением «социальных лифтов», и с демократизацией политики, и, возможно, иными объективными процессами. Употребление термина «благородный» происходит все меньше применительно к человеку и все больше — применительно к отдельным поступкам. Сама система стимулирования благородного поведения утрачена, изжита как один из элементов элитарности аристократии, ее обособления. К сожалению, сегодня, вместо того чтобы всех воспитывать как аристократов, всех воспитывают как простолюдинов. Я не имею в виду семью, я имею в виду на общественном уровне. В результате управление властью, богатством, правосудием возлагается на личности, которые сами определяют себе границы недостойного поведения. Политики, чиновники, бизнесмены, даже офицерство и генералитет в армии не проходят морально-ориентированного воспитания, не попадают в общество жестких моральных ограничений, которое бы накинуло «узду» на использование ими обретенной силы, власти и денег. Возможно, разрешение носить оружие только самураям в средневековой Японии не так уж абсурдно. Если не воспитывать во всех благородство, возможно ли всем доверять право на распоряжение силой, властью или богатством? Возможно, такие вещи, как дедовщина, коррупция и воровство, репрессии являются непосредственным последствием именно дисбаланса морали и демократического равенства.

На мой взгляд, с утратой классового расслоения и ростом государственных функций по регулированию жизни общества благородство как явление медленно утрачивает свою социально-институциональную поддержку, уходит из профессиональных характеристик в личностные. Хотя благородство будет всегда, тенденции развития общества более направлены на избавление от этого понятия, нежели на его стимулирование. В условиях постепенного роста значения личности, индивидуальности в обществе и повышения доступности власти, силы и достатка следовало бы ожидать постепенного проникновения благородства в общественную мораль; фактически происходит процесс обратный: индивидуальная мораль замещается общественными институтами и законами. Управление этими институтами и реализация законов, однако, осуществляется все теми же людьми, из системы воспитания и социальных ролей которых ценности благородства постепенно вытесняются.

P.S. Я не идеализирую аристократию, и, боже упаси, не считаю, что когда-то все было существенно лучше. Я всего лишь пытаюсь найти источники системных противоречий в развитии общества, которые привлекают внимание. И, конечно, поэтому любые мои рассуждения рано или поздно на это общество проецируются.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments