dEmindED (deminded) wrote,
dEmindED
deminded

Индивидуальные и общественные потребности

Наиболее острым вопросом в проблеме построения коммунизма можно признать вопрос соотношения личного и общественного. Непонимание закономерностей жизни выливается во множество предположений: что коммунизм можно построить, только «переделав» человека; что только стремление каждого к реализации своих эгоистических целей может двигать все общество вперед; что коммунизм невозможен без тоталитарной власти с подавлением свобод; что потребности всегда обгоняют возможности экономики и потому никогда не удастся воздать каждому по потребности, и так далее. Ложных выводов так много, что опровергать каждый из них по отдельности можно вечно.

Но можно попробовать разложить их по группам. И начну я с вопроса потребностей.

Все потребности можно разделить на общественные и индивидуальные. Отличаются они одним: индивидуальные потребности ощущаются человеком напрямую, а общественные представляют собой механизм, позволяющий их лучше удовлетворять. И те, и другие отвечают на один и тот же вопрос, постоянно задаваемый вселенной — закон неубывания энергетической энтропии,— и отвечают на него сохранением и развитием жизни.

Индивидуальные потребности.

Индивидуальные потребности есть продукт эволюции форм организмов. Организмы, не имеющие потребностей, умерли; жизнеспособные, имеющие потребности – процветают. Механизм потребностей реализован в форме стимулирования поведения, ведущего к повышению выживания организма.

В посте про эволюцию я разделил потребности на индивидуальные (еда, защита, размножение и обучение), социальные (общество, любовь, уважение, сострадание, справедливость) и эстетические (чувство прекрасного). Первая категория относится к необходимому для личного выживания поведению, вторая – для обеспечения наиболее подходящего для этого условий (социума), назначение третьей пока остается для меня размытым (о ней когда-нибудь позже).

Потребности имеют форму выражения – желания: голод, холод, страх, любопытство, и т.п. Например, желание в уважении может выражаться в форме честолюбия, стремления к славе. В отличие от потребностей, имеющих четкое эволюционное обоснование, форма выражения потребностей может быть иррациональна. Хотя она тоже является продуктом эволюции, однако эта эволюция происходила на разных этапах развития и с разной скоростью: эволюция химическая, биологическая, культурная. Форма проявления потребности, появившись на каком-то этапе, консервировалась в генетическом или культурном коде, и часто переживала время своей актуальности. Такова, например, любовь к шоколаду или подсознательный страх перед змеями – имея в основе рациональные потребности в питании и защите, они представляют собой уже неактуальную на сегодня форму, которая при бездумном следовании ей не помогает выживать, а, наоборот, мешает. Есть и культурные потребности, на сегодня уже устаревшие: например, потребность в боге или институт уважения в мужской среде к бабникам. Влияние иррациональных проявлений потребностей на нашу жизнь и действия огромно, и сохранить рациональность поведения - и выжить - нам позволяет только наличие разума и опережающая эволюция мышления, науки и просвещения, а также «рационализирующее» воздействие общества, удерживающего  поведение каждого человека в общих «средних» допустимых рамках. Всегда необходимо помнить, что разум, наука и социум являются такими же плодами эволюции, как и иррациональные желания, и в числе других задач обеспечивают исправление, блокировку накопленных ошибок.

Отдельные потребности вступают  в противоречие, если требуют ограниченных ресурсов. Что интересно, по этим ресурсам можно отнести потребности к материальным (еда, защита), социальным (отношение других людей) и информационным (искусство, знания). Материальные ресурсы ограничены, так как потребление их одним человеком уменьшает потребление их другими. Информационные ресурсы не ограничены: одну и ту же информацию может потреблять бесконечное количество людей. Социальные ресурсы, наоборот, часто имеют «антиконкурентную» форму, удовлетворяя потребностей тем большего количества людей, чем больше в них вовлечено.

Рациональность потребностей означает, что они имеют существенное значение для выживания человека: они мотивируют, то есть побуждают человека и общество к действиям. При этом каждая потребность имеет предел насыщения, при достижении которого стимулирующий сигнал затухает по закону предельной полезности.

Экономические потребности.

Экономические, или материальные, потребности человека ограничены его биологией и в расчете на одного человека практически не растут. Хотя ресурсы для их насыщения ограничены, скорость их производства растет вместе с ростом производительности экономики, и уже сейчас вполне можно утверждать, что наша мировая экономика способна накормить, одеть и поселить все растущее население, и еще при этом останутся свободные ресурсы.

Доминирование экономических потребностей в историческом прогрессе на первом этапе развития человечества (который мы еще не прошли) легло в основу исторического материализма, который выявил закон развития общества по пути роста производительных сил. При этом форма и роль экономических потребностей в развитии общества тоже эволюционалировали. 

Биологическая роль экономической мотивации заключалась в закреплении жизнеспособного генетического кода через выживание наиболее приспособленных особей и фактически закончилась появлением разумного существа – человека. Дальнейшая эволюция экономической мотивации носит уже культурный характер и направлена на закрепление наиболее эффективных моделей поведения. Между этими стадиями нет границы, но постепенно культурная роль экономической мотивации начинает доминировать над биологической. На биологическом  этапе идет отбор генов: выживают те племена, где лучший кусок и лучшая женщина достается лучшему охотнику, потому что в этих племенах он живет дольше и передает свои гены большему количеству потомков. При этом выживание детей зависит от успешности всего племени, то есть эффективности самих охотников и оптимального распределения всех ресурсов внутри него (лишних ресурсов нет), поэтому никакого частного присвоения излишков или наследования быть не может, и воспитание детей осуществляется коллективно. Эффективность охотника также напрямую зависит от его уровня жизни (сытости и здоровья), и предоставление ему права на лучший кусок при делении ресурсов повышает его - а значит и всего общества - производительность.

Культурная эволюция экономической мотивации выражается в развитии механизмов закрепления наиболее эффективного поведения. После того, как появляется совместный труд, правильное поведение становиться более важным, чем правильные гены, и в обществе развивается механизм присвоения. Если первобытный коммунизм оставлял кусок любому члену племени, то присвоение позволяет сосредоточить материальные ресурсы в руках семьи — первичного носителя культурного кода и механизма его передачи (воспитания). Традиционная семья передает опыт "от отца к сыну". Семья, воспроизводящая правильную с точки зрения общества модель воспитания становится богатой — а значит, может позволить себе больше детей, и еще шире распространить свой опыт. При этом традиционное перераспределение в пользу более успешных семей позволяет достичь всего лишь неравенства в уровне их потребления, которое определяет скорость воспроизводства труда (детей). Есть и вторая положительная обратная связь: уровень дохода крестьянской семьи зависит от количества работников, поэтому семье выгодно пускать дополнительные ресурсы на увеличение количества детей, а не собственного уровня жизни. Сила традиционного общества, передающего культурный код посредством семьи, такова, что остается актуальна вплоть до буржуазного общества.

Развитие производительных сил ведет к том, что появляется прибавочный продукт (превышение количества произведенного продукта над необходимым для обеспечения воспроизводства труда уровнем потребления), и развитие производственных отношений ведет к тому, что начинается эволюция уже не отдельных моделей поведения, а групповых – организаций. И вновь механизм присвоения меняется: возникает собственность на средства производства (капитал), который есть форма присвоения наиболее успешными формами коллективного поведения (организациями) права на ресурсы (инвестиции), необходимые для закрепления положительной модели - выживания организации и ее развития. Хотя для правильного закрепления опыта присвоение ресурсов, то есть средств производства, должно осуществляться самой эволюционирующей формой - организацией, в сочетании с традиционной системой закрепления моделей индивидуального поведения это реализуется в форме частной  собственности на средства производства и праве наследования. В тот период, когда влияние капитала выше, чем труда или технологий, ввиду его дефицита, и требуется максимальная концентрация капитала, эта модель оказывается исключительно успешной: при частном присвоении всего прибавочного продукта он пускается не в потребление, так как экономические потребности владеющей семьи в целом удовлетворены малой его частью, а в воспроизводство капитала. Это приводит нас к выводу, что бурное развитие капитализма возможно только при условии достаточно сильного насыщения у класса капиталистов базовых – экономических – потребностей.

Как видно, каждый этап имеет коды, эффективные для своего этапа развития и имеющие двустороннюю обратную связь. Наиболее сильный, ловкий  и умный по генам ребенок получает больший кусок в первобытном обществе, и сам он приносит больше пользы, но это ломается с появлением совместного труда и развитием института семьи – акценты переносятся на правильное воспитание. В крестьянской семье доход позволяет иметь больше детей, а количество детей определяет доход семьи, но урбанизация и пролетаризация ломает эту систему: в городе для рабочего уровень дохода обратно пропорционален количеству детей, что убивает традиционные ценности, а количество работников становится менее важным, чем наличие средств производства. Наконец, в эпоху капитализма производительность организации напрямую зависит от инвестиций, а рост капитала определяется уровнем производительности фирмы, и это сохраняется до тех пор, пока скорость роста производительности не обгонит скорость роста потребности в капитале и не позволит удовлетворить и потребности человека в выживании, и потребности в воспроизводстве труда, и потребности в капитале: с этого момента частное присвоение капитала станет окончательно губительным.

Насыщение потребности сказывается на ее способности мотивировать. Это особенно хорошо видно на примере экономических потребностей, которые долгое время были основным мотиватором в микроэкономике и двигателем прогресса в истории. Сегодня мы видим кучу накопленных стихийным развитием противоречий: погоня за выгодным браком мешает естественному процессу отбора лучших генов; погоня за уровнем жизни мешает воспроизводству, приводя к падению рождаемости в развитых странах; погоня за собственностью на средства производства ведет к спекуляциям на финансовых рынках и подрыву эффективности экономической деятельности всего общества. Корень этих проблем, в общем-то, один: исключительная роль индивидуальной экономической мотивации при падении ее объективного значения с ростом насыщения экономических потребностей и накоплении иррациональных форм их проявления.

Сейчас уровень насыщения этих потребностей все выше, и их стимулирующая роль — все ниже, что вынуждает общество «накачивать потребление» — то искусственно повышать интенсивность желаний, по сути часто уже в иррациональных формах: в форме статусного потребления, в форме потребления для самовыражения, в форме потребления как жизненного целеполагания. Но человеческую психику можно обмануть индивидуально, но не коллективно: общество хорошо чувствует, когда его экономические потребности, а не желания, близки к насыщению. Как писал Прохоров, «в СССР всем платили по 120 рублей и худо-бедно кормили, поэтому работать никто не хотел». Уточню – никто не хотел работать ради лучшей ЖРАЧКИ. И не захочет уже. В развитых странах есть люди, в 6-7 поколении живущие на пособие и им довольные. В то же время многие из высокооплачиваемых специалистов предпочитают менее оплачиваемую, но более интересную работу более высокооплачиваемой. Более того, среди них даже возникает движение дауншифтинга — люди сознательно отделяют свои потребности от их иррациональных проявлений. И с развитием экономики это будет нарастать: люди не будут работать за еду, так как еда будет все более доступна. Это очень важная тенденция, которая одна уже станет залогом развала системы, созданной на основе экономической мотивации работников: для того, чтобы сработал экономический мотиватор, их придется снова держать в черном теле, потому что даже все более баснословные бонусы откажутся работать.

Информационные потребности.

Информационные потребности индивида, в отличие от экономических, растут быстро, и вряд ли когда остановятся, хотя имеют некоторое ограничение в каналах восприятия и свойствах человеческого мозга – при безграничности фантазии. Но, к счастью, они обладают волшебным свойством: удовлетворение потребности одного не уменьшает возможности удовлетворения потребности другого. Одну новую книгу может прочитать миллиард человек, причем одновременно. Попытки копирастов возвести искусственные барьеры и превратить информацию в ограниченный конкурентный ресурс мешают насыщать людям свои информационные потребности, но история никогда не жаловала того, что стоит на пути прогресса. Связь информационных потребностей с экономическими ресурсами проявляется в  форме различных устройств, роль которых неумолимо меняется от носителя информации к способу получения информации из единого, общественного источника.

Информационные потребности выступают все большим мотиватором. Но настоящее «информационное потребление», в отличие от материального, неразделимо от самосовершенствования личности – от ее культурного и интеллектуального роста, и находится с ним в петле обратной связи. Удовлетворение любопытства, тяга к знаниям, понимание искусства также завязаны на самореализацию, на применение открытого, без которой они остаются пустыми, бесплодными суррогатами.

Особую роль занимает такое явление, как скука. По сути, скука является проявлением информационной потребности в разнообразии – согласно кибернетике, необходимом компоненте для обучения и развития. Но доминанта материальных потребностей в жизни человека ведет к падению потенциала его интеллектуального и культурного развития, а это означает ограниченность в содержательном информационном потреблении. В этих условиях все шире распространяются суррогаты информационного и эстетического разнообразия: поиск новых чувственных наслаждений, разнообразие потребления, разнообразие убеждений и ценностей. Стремление к открытию нового, к поиску знаний и даже к красоте сводится к задаче избыточно усложненного выбору из огромного набора заранее заданных вариантов. Вместо первооткрывательства, отражающего экспансию жизни – поездка по курортам; вместо поиска и создания знаний – просмотр развлекательных программ; вместо красоты – избыток красок, спецэффектов, вместо эмоциональных переживаний – усиленные дозы адреналина, насилия и разврата; вместо радости освоения новых навыков и личностном росте – обман собственных мозговых механизмов в азартных играх и online-RPG.

Социальные потребности.

Социальные потребности также весьма ограничены и на самом деле не завязаны на материальные ценности.  Хотя для социальных потребностей есть фактор исключительности, их характер в основном двунаправлен. Эволюция социальных потребностей происходит по пути роста эффективность общественных отношений.

Важным на сегодняшний день извращением социальной потребности в уважении является статусное потребление. Зависимость дохода от полезности индивида и его деятельности для общества, которая проходит нитью через всю историю в форме образов «лучших генов» – «образца для подражания» – «эффективного собственника» привела к возникновению культурного кода: уровень потребления сигнализирует о полезности для общества, а следовательно, ассоциируется с уважением. В результате возникла извращенная модель: чем выше твой уровень потребления, тем больше тебя уважают. Это значительный стимул для сверхпотребления, выходящий за ограниченные биологией рамки реальных экономических потребностей, на самом деле является опасным извращением реальной связи «полезные достижения – уровень уважения». С этим явлением мы хорошо знакомы: «если ты такой умный – почему такой бедный?» и «если у тебя нет миллиона – можешь идти в жопу».

Но многие социальные потребности действительно развиваются и удовлетворяются более эффективно с применением информационных достижений: поддержание отношений на расстоянии через виртуализацию общения открывает дополнительный простор для удовлетворения социальных потребностей.

Высший уровень индивидуальных потребностей.

Маслоу разделил индивидуальные потребности по группам. Наверх пирамиды он поставил потребность в самореализации и самосовершенствовании. Если мы посмотрим более внимательно, то на самом деле это не отдельная потребность, а синтез всех трех групп потребностей: человек стремится к саморазвитию и совместной творческой самореализации в общественно-полезном труде. Это включает экономический уровень (труд), и социальный уровень (полезность определяет признание обществом, уважение), и информационный уровень (развитие – освоение нового и творчество – создание нового).

Именно к этой, и только к этой форме могут и должны придти отдельные индивидуальные потребности для гармоничного, счастливого развития человека. Текущий их синтез вокруг сферы потребления является временным перекосом, извращением с перевесом одной составляющей. Все, что способствует удовлетворению этой потребности в обществе – прогрессивно, а все, что мешает – реактивно и должно быть изжито, вытеснено из культурного кода его осознанным, целенаправленным исправлением. И это не произвол какой-то идеологии, это закономерный вывод из всей истории эволюции человека и жизни вообще, определенный его местом во вселенной и в структуре ее законов.

Общественные потребности.

Что же представляют собой общественные потребности и как они соотносятся с индивидуальными?

Если общество как форма организации людей является продолжением эволюции, то задачи общества проистекают ровно из тех же задач сохранения и развития жизни. Развитие жизни также имеет ровно одно направление – повышение вероятности ее сохранения. Общество, развивающееся в любую другую сторону в длительном периоде нежизнеспособно по самому определению жизнеспособности.

Для выполнения своей функции общество должно выполнять две задачи: создавать наилучшую среду для выживания элементов (человека) и повышать вероятность выживания самого общества (множества людей).

Общество состоит из людей и связей между ними. Выживание человека, как я написал выше, полностью описывается набором его потребностей, значит, первая потребность общества – наиболее полное удовлетворение индивидуальных потребностей человека. Многие считают общество делом рук человека, его «инструментом», и поэтому на этом список целей существования общества завершают. Но общество, хотя состоит из людей и представляет собой структуру связей, слагающихся из действий людей, превосходит просто набор отдельных людей. Как безжалостные законы естественного отбора привели к тому, что выживает только тот, кто лучше умеет выживать, так и в отношении различных форм общественной организации отбор оставил только те, которые выработали механизмы для собственного выживания.

Таким образом, общество представляет собой еще одну единицу эволюции, которая имеет свою эволюционную историю. Впрочем, законы выживания остаются теми же самыми, следовательно и потребности общества должны быть теми же самыми: 1) защита 2) питание 3) развитие. Если человек оперирует личным поведением для получения еды, знаний и создания безопасности от врагов и естественных опасностей, то общество — внутренней организацией для эффективного ведения экономической, научной и оборонительной деятельности.

Экономическая и научная деятельность есть две стороны одного процесса. Знания служат более полному пониманию законов среды существования, включая сами законы жизни, для более эффективного использования этой среды для повышения выживания. Прав был Маркс – дело в том, чтобы мир изменить; это закон природы – информация в своей сути есть отражение возможности изменения материи. Экономика как организация труда есть процесс извлечения энергии и организации материи для лучшего удовлетворения потребностей людей и ведения оборонительной деятельности. Здесь стоит остановиться подробнее.

Что касается потребностей людей, то этот момент понятен почти каждому. Мы должны производить больше всего того, что нужно людям, чтобы они жили лучше.

Второй момент производства — это петля обратной связи: мы должны производить как можно больше того, что расширит наши возможности по производству, то есть больше средств производства. Гармоничный баланс между первым и вторым гарантирует успешное развитие; однако на разных этапах развития производительных сил и общества этот баланс различен. Этот баланс отражается в соотношении уровней потребления и инвестиций. Закономерность такого развития очень проста: лидирует и выживает то общество, которое быстрее наращивает свои производительные силы. При этом наибольшая скорость роста достигается при гармоничном сочетании инвестиций в капитал, в развитие человеческого ресурса и в развитие науки и технологий. Это означает также постоянный рост уровня жизни, то есть удовлетворения индивидуальных потребностей.

При этом можно заметить следующую закономерность: если индивидуальные экономические человеческие потребности ограничены, то со временем при постоянном росте экономики их насыщение будет постепенно приближаться к максимуму и значимость существенно упадет. Настолько, что, во-первых, потеряется смысл в мотивирующей системе распределения (экономическая мотивация почти перестанет работать), а во-вторых, все больше ресурсов будет оставаться для инвестиций в капитал и знания. Но это может привести к сокращению влияния инвестиций в капитал на рост производительности, то есть вкладывать ресурсы в производство средств производства будет иметь все меньше и меньше смысла, т.к. отдача от избыточных инвестиций будет мизерной. Останется только направить их…. Куда?

Вот тут мы вспоминаем про третью, «оборонительную» деятельность общества. Эволюционная оправданность общества такова, что оно позволяет противостоять опасностям, намного превосходящим те, с которыми могут справиться разрозненные люди. Например, защита целой планеты от опасностей столкновения с космическим телом; задачи расселения в космосе для того, чтобы не зависеть от единственной планеты; управление окружающей средой для сохранения ее жизнепригодности в условиях эксплуатации человеком. Это – оборонительное – направление требует огромных ресурсов как для материального производства, так и на развитие наук. И оно является основным, главным результатом эволюции общества – вовсе не максимальное «счастье» каждой «клетки» - человека, а успешная жизнь и развитие всего «организма» - человечества. Любое общество (а нам пока известно только одно), которое не сможет понять своей эволюционной задачи, со времени исчезнет в истории, обнулив все результаты миллиардов лет эволюции. А реализовать эту задачу можно только если ее осознанно понять – то есть, по Марксу, овладеть законами собственного развития жизни и перейти от стихийной эволюции к управляемой.

Какое же место имеют индивидуальные потребности в структуре общественных? Да в общем-то довольно посредственное. Пока мы все – все человечество – голодаем и болеем, поэтому наши личные потребности для организма приоритетны, нуждаются в скорейшем удовлетворении. Но это патология недоразвитости; развитие производительных сил все быстрее приближает нас к тому состоянию, когда первичные – экономические – потребности смогут быть удовлетворены до приличного уровня насыщения, и коллективный разум человечества сможет переключиться с «болевых» сигналов изнутри на свои настоящие задачи.

Значит ли это, что человеческая жизнь и личное счастье ничего не стоит? О нет, ровно наоборот; личное счастье и человеческая жизнь – это самая важная задача общества, но только после задачи выживания и развития самого общества. Человеческая жизнь очень важна, потому что на защите человеческих жизней существует и общество целиком. И потребности человека важны – только удовлетворив нижний уровень потребностей, мы сможем погасить «болевой» сигнал и выйти на реальную, «боевую» мощность: заменить ручной труд одними усилителями (средствами производства), рутинный интеллектуальный труд – другими усилителями (компьютерами), и сконцентрироваться на удовлетворении наивысшей потребности и настоящем предназначении человека в эволюционной спирали – в творческой самореализации, которая и поведет все человечество к восходящему прогрессу.

Выводы.

Завершая разговор о потребностях, я хочу сделать следующую выдержку:

1)      Экономические индивидуальные потребности человека небезграничны: экономика развивается быстрее них и будет способно их удовлетворить.

2)      Миф о невычислимых соотношениях потребностей опирается на расцвет нерациональных, устаревших форм их проявления, вроде статусного потребления. Эти формы тяготят человека и их необходимо изживать культурно, так как они уже не исполняют своей полезной роли закрепления эффективных генов, моделей поведения и даже форм организации, в процессе чего полное удовлетворение «чистых» потребностей станет вполне достижимым.

3)      Этот процесс приведет к смерти экономической мотивации и выведет человека на новую ступень мотивации: творческую самореализацию. Это потребует замены системы распределения доступа к благам, или потребления, «по редкости», на форму «по потребностям».

4)      Рациональность потребностей означает необходимость и возможность заниматься целеполаганием не путем определения сиюминутных предпочтений людей и их агрегации статистически-экспериментальным методом, как это делает рынок, а путем научного понимания законов развития человечества и определения того, как будут изменяться потребности людей в своей основе.

5)      Общество должно и будет удовлетворять потребности своих членов; но в связи с тем, что потребности сместятся в сторону общественно-полезной самореализации, основной задачей общества в этой сфере будет создание возможностей для общественно-полезного интересного труда, который будет только раздвигать возможности общества. Этот процесс станет самоцелью (потребность в самореализации = потребность в процессе) в составе более великой цели.

6)      Снятие экономической мотивации при выборе сферы самореализации приведет к росту конкуренции за самые интересные рабочие места, что сделает социальные лифты автоматическими. Каждый сможет реализоваться на максимальном для себя уровне, предоставив в распоряжение общества все свои способности в их максимальном потенциале.

7)      Основной задачей общества станет накопление знаний о мироустройстве и благоустройство среды (как планетарной, так и космической) для лучшего выживания человечества.

Следующим этапом я планирую перейти к отношениям свободы, ответственности и полномочий, что одно и то же, между человеком и обществом.


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 53 comments